МЕЖДУНАРОДНЫЙ БЛАГОТВОРИТЕЛЬНЫЙ КИНОФЕСТИВАЛЬ

Лучезарный Ангел


Доброе кино!

Может ли современный кинематограф расположить человека к святой жизни?

01.11.2014

На эту тему в преддверии XI Международного благотворительного кинофестиваля «Лучезарный Ангел» размышляют представители российского кинематографа, сотрудники телеканалов, деятели науки, искусства, известные пастыри, организаторы и зрители кинофестиваля.


Константин Михайлович Долгов,
заслуженный деятель науки РФ, профессор, доктор философских наук:

С момента возникновения кинематографа долгое время считалось, что этот вид искусства не способен выражать высшие сферы духа и, следовательно, воздействовать на них. Может быть, это объяснялось тем, что язык киноискусства поначалу был не развит: немое кино, которое базировалось на мимике и пантомиме, не могло сравниться с языком литературы и других видов искусства. Однако постепенно кинематограф создавал свой собственный сложный и утонченный язык, который становился все более универсальным, способным к выражению глубочайших и тончайших мыслей и чувств. Можно вспомнить такие фильмы, как «Причастие» И. Бергмана, ряд фильмов Ф. Феллини, М. Антониони, картины «Иван Грозный» С. Эйзенштейна, «Война и мир» С. Бондарчука (на мой вопрос, что он хотел выразить этим фильмом, С. Бондарчук мне ответил: проблему жизни, смерти и вечности), «Очарованный странник» И. Ермакова (в главных ролях Н. Симонов, Т. Доронина), «Отец Сергий» И. Таланкина, «Летят журавли» М. Калатозова, «А зори здесь тихие» С. Ростоцкого, «Калина красная» В. Шукшина, «Не стреляйте в белых лебедей» Р. Нахапетова, «Идиот», «Братья Карамазовы» И. Пырьева, фильмы А. Тарковского, прежде всего «Андрей Рублев», «Уроки французского» Е. Ташкова и другие экранизации произведений В. Распутина, «Остров» П. Лунгина, документальные фильмы о преподобном Сергии Радонежском, Антонии Сурожском, старце Паисии Святогорце, а также фильмы, посвященные отдельным храмам и обителям, святым местам.

Естественно, каждый из этих фильмов по-своему воздействует на зрителя: одни – прямо и непосредственно, другие – не сразу, по прошествии какого-то времени, но все они глубоко западают в душу и сердце человека, побуждая его вспоминать и думать о Боге, о вечности и о смысле собственной жизни, что так или иначе выводит его рано или поздно на праведный путь, направляет его усилия и всю его жизнь, все его устремления к Богу, к чему-то высшему, сокровенному, священному. В этом смысле кинематограф если еще не до конца может сравниваться по своему значению с классической литературой, то он, во всяком случае, уже вплотную приблизился к ней и оказывается способным к выражению самых фундаментальных идей, глубочайших переживаний и самых возвышенных вúдений и образов. Обо всем этом мне посчастливилось беседовать с С. Герасимовым, С. Юткевичем, Г. Чухраем, Л. Кулиджановым, С. Бондарчуком и другими великими кинорежиссерами.


Владимир Ильич Макеранец,
председатель Свердловской областной организации Союза кинематографистов России:

Расположиться и настроиться к святой жизни – индивидуальное дело каждого. Но если кинематограф будет вещать о порядочности, послушании, вере в дружбу, любовь, тогда, конечно, это инструмент воспитания. При этом есть два средства достижения воспитательных целей: во-первых, внутренняя социальная ответственность авторов, во-вторых, система заказа, который позволяет получить итоговую работу в нужном ключе.


Протоиерей Валериан Кречетов,
настоятель храма Покрова Богородицы в с. Акулово Московской области:

Кинематограф – это по большому счету вид изобразительного искусства. А сущность изобразительного искусства заключается в его содержании. Поэтому кинематограф может привести к святости, если будет изображать достойные примеры – также и слово может просвещать, возвышать, если передает достойное содержание. По-настоящему кинематограф, как и любое другое искусство, и должен это делать. Как говорил Некрасов:

«…Будь гражданин, служа искусству,
Для блага ближнего живи,
Свой гений подчиняя чувству
Всеобнимающей любви».

Если во имя любви, во имя Бога, то тогда – да, кино может привести к святости. Существуют прекрасные экранизации христианской классики – Федора Достоевского, Николая Гоголя. А когда появились фильмы об иконах, о богослужении, то для многих это стало открытием. Человек может увидеть то, что ему недоступно, например, женщины – посмотреть фильмы про Афон, ведь они никогда не сподобятся там побывать.

Кинематограф с духовным содержанием очень важен в современном мире еще и потому, что многие сейчас, к сожалению, мало читают.


Владимир Сергеевич Малышев,
ректор ВГИК, академик РАО:

Современный кинематограф отражает разные стороны нашей жизни. Среди современных российских фильмов есть работы удачные и неудачные, к сожалению, есть фильмы, несущие зло, человеконенавистническую идеологию. Безусловно, такие картины не могут способствовать зарождению праведности.

Но если человек был рожден и воспитан в среде верующих людей – даже отрицательные моменты могут укреплять его волю, обострять чувство справедливости, воспитывать человечность, религиозность. Более того, иногда и в семье алкоголиков вырастает ребенок, который всю жизнь ненавидит алкоголь и борется с пьянством.

Специалистам кинематографа и служителям церкви важно объяснять людям плюсы и минусы каждого фильма. Если картина талантливая, с финалом, где добро побеждает зло, то она может пробуждать добрые чувства, обращать нас к Богу.


Сергей Маковецкий,
Народный артист России

Ни одно самое талантливое произведение не может кардинально изменить зрителя. Так же, как ни одно выдающееся произведение искусства не делает человека хуже. Но мы говорим о действительно выдающихся произведениях, которые заставляют сопереживать, вызывают жалость, восхищение, радость и другие светлые чувства.

Но вот закрывается занавес или гаснет экран… Надолго ли сохранятся эти чувства, когда начнется обыденная жизнь, ежедневные проблемы? Сколь долго человек сможет сохранить полученное? Может быть, оно останется на всю жизнь, возможно, что-то когда-то блеснет в памяти, а возможно, просто забудется.

К примеру, человек приходит на кладбище, суетность отступает, он погружается в тишину, вспоминает о вечности. Но проходит несколько минут, он покидает кладбищенскую ограду, и попадает в круговерть событий – и от недавних переживаний не остается и следа.

Для того чтобы жить – я не говорю святой – нормальной жизнью, должна быть основа, заложенная в детстве, бабушками и дедушками, родителями. Душа должна быть живой, уметь откликаться на то, что видит и слышит, не оставаться равнодушной.

Да, бывают случаи, когда произведение может дать толчок, открыть что-то сокровенное в человеке. Но чтобы это случилось, это сокровенное должно быть где-то внутри. Мой друг из Киева под влиянием одного из спектаклей действительно изменил свою жизнь. Но он был готов к этому. «Имеющий уши да услышит». Должны быть уши, и душа должна уметь откликаться на то, что увидела и услышала.

Наверное, есть запретные темы. Но кино должно быть разным. Главное – в нем должна быть заложена любовь. Ибо любовь может изменить даже самого закоренелого человека. Человек живой, он находится на земле, а не на небе, может совершать ошибки. Важно – что в итоге, что остается.

Бывают неоднозначные, страшные, жесткие фильмы: «Однажды в Америке» Сержио Леоне или работы российского режиссера Алексея Балабанова (1959–2013), автора фильмов «Брат» и «Брат-2», «Война», «Груз-200» и др. Но они сделаны талантливо, затрагивают за живое, душа начинает болеть. Но для этого душа должна быть.

А вообще, «…все с нами делает Бог. Все эти произведения – лишь Его подручные средства». Это не я сказал, это кто-то из великих…


Сергей Гаврилов, председатель Комитета Государственной Думы по вопросам собственности, координатор Межфракционной депутатской группы по защите христианских ценностей

Кинематограф и телевидение оказывают колоссальное воздействие на сознание людей. Но нельзя сказать, что добрые, поучительные, патриотические фильмы и мультфильмы в настоящее время широко представлены на экране. К сожалению, большинство современных фильмов основаны, скорее, на отрицательном, негуманном сюжете. Во многом это объясняется тем, что сильные переживания, остросюжетные моменты глубоко воздействуют на сознание людей, любой человек запоминает их надолго.

Я думаю, очень важно возрождать традицию добрых поучительных сюжетов и песен, используемых в экранизациях различных произведений. Старые мультфильмы и фильмы, например, на основе сказок, имели колоссальный успех, они до сих пор популярны среди взрослых и детей, притягивают зрителя не только сюжетом и высоким талантом актеров, но и музыкальным сопровождением, поэтической составляющей замечательных песен. Возрождение интереса к культуре своего народа есть путь к просвещению, в этом велика роль поучительных православных фильмов, картин по истории и искусству России. Многие шедевры киноискусства хранят в себе рассказы об истории русского быта, политических процессах на территории нашей Родине, отражают красоту русской природы. Думаю, что нужно больше экранизировать таких сюжетов, представляя их широкому кругу зрителей.


Валерий Расторгуев, профессор кафедры философии политики и права философского факультета МГУ им. М.В. Ломоносова

Чтобы ответить на вопрос, сделаю три пояснения.

Первое: святая жизнь и развлечения редко совместимы. А кинематограф – это все-таки развлечение, а еще чаще – откровенное искушение. К тому же, любой фильм – кот в мешке… Книгу можно отложить сразу, как почувствуешь неладное, с кинематографом труднее. Исключением может служить разве что кинофестиваль «Лучезарный Ангел», организаторы которого проводят некоторую селекцию, отделяя с молитвою зерна от плевел и созывая людей неслучайных, добрых, светлых, одаренных свыше (последнее о создателях фильмов).

Второе: свято место пусто не бывает. А жизнь, не заполненная внутренним светом и не согретая любовью, заполняется всем тем, что противостоит свету и любви. Свет юпитеров (СМИ или театр) или свет киноэкрана в полутьме могут иметь отношение к просвещению, идущему от эпохи Просвещения с ее безграничной верой в силу человеческого разума, что часто оборачивается неверием в Творца, а то и бунтом гордого знания против веры. Просвещение светом Христовым имеет иную природу. Оно рождено не гордыней разума, а Высшей Силой и смирением перед нею, перед Божией волей. Поэтому расположить зрителя к святой жизни может что угодно, но по воле Божией: и великая радость, и великое горе, и даже падение, свое или чужое, прегрешение – вольное или невольное… К тому же не только доброе, но и «недоброе» кино может вызвать как просветление, так и помутнение души. Однако те, кто творит добро, спасаются, а тем, кто соблазняет слабых, не позавидует и Гоморра.

Третье: кинематограф можно уподобить набору «живых зеркал» с постоянно изменяющейся «амальгамой», которая реагирует на то, как и кто смотрится в это волшебное зеркало. Эта «амальгама» такова, что либо делает стекло совершенно непроницаемым и превращает кино в подобие простого зерцала, полностью закрывая «заэкранный» мир «обратным» изображением самого смотрящего, либо создает эффект наслоения самообраза зрителя, вымысла творцов фильма и самой реальности. И поэтому «многослойное» кино каждому открывается по-своему. Здесь речь идет о высшем Замысле и том Промысле, который пронизывает любую человеческую деятельность, в том числе и творчество кинохудожника, независимо от того, осознает ли человек это вмешательство (иногда попущение) или нет.


Анатолий Морозов, актер театра Армена Джигарханяна

Современный кинематограф – явление сложное и многообразное. Как любое искусство, оно самым различным образом может влиять на умы и сердца зрителей. Однако существует мнение (и небезосновательное), что искусство вообще-то ничему не учит. Оно призвано пробуждать в зрителе или слушателе только те или иные чувства, рождать ассоциации и, в лучшем случае, способствовать размышлению над увиденным и прочувствованным.

Говоря о современном кинематографе, надо сказать, что он являет собой массовый продукт, рассчитанный прежде всего, на коммерческий успех. А там, где бизнес, все средства хороши. Поэтому вряд ли приходится рассчитывать, что такое искусство (зачастую выполненное на высоком технологическом уровне), способно расположить к святой жизни.

Да, есть отдельные немногочисленные примеры настоящего искусства кино (в частности, так называемое «авторское» кино), но оно погоды не делает. Посему, отвечая на поставленный вопрос, можно сказать, что современный кинематограф не способствует решению такой задачи, чтобы привести зрителя к некой праведной и святой жизни. Увы, это утопия.