На площадке XXIII Международного благотворительного кинофестиваля Доброго кино «Лучезарный Ангел» пройдет мастер-класс, посвященный 225-летию со дня рождения Владимира Даля. Проведет его художник Петр Скляр, основатель проекта «Словографика», в основе которого лежит создание иллюстраций к русским пословицам и поговоркам.

Петр Скляр родился в 1986 году. В 2008-м окончил факультет журналистики МГУ им. М. В. Ломоносова, но увлекся не журналистикой, а рисованием. В 2013 году основал проект «Словографика» по созданию иллюстраций к русским пословицам и поговоркам. Сегодня Петр Скляр — автор трёх иллюстрированных художественных альбомов: «Словографика» (2016 г.) и «Русские пословицы и поговорки в иллюстрациях» (февраль и декабрь 2019 г.), лекций по фольклору и русским пословицам «„Словографика“ и русский культурный код в XXI веке». В 2022 году начал новый проект «Словографика ZOV», посвящённый героям специальной военной операции.
— Петр, что значит имя Владимира Ивановича Даля для современной России?
— Владимир Иванович Даль оставил нам колоссальное наследие в виде «Толкового словаря живого великорусского языка». И, кроме того, создал двухтомник «Пословицы русского народа», в который вошло более 30 тысяч выражений. Эти труды имели огромное значение не только при его жизни, но и сейчас – для всех, кто с этим материалом работает, кто интересуется нашим языком: в первую очередь современных писателей, сценаристов.
Это поистине подвиг ученого: собрать крупицы нашего языка, обработать, каталогизировать и опубликовать. И надо вспомнить, что это происходило во времена, когда не было интернета, а самым быстрым способом передвижения считались почтовые лошади. Это просто невероятно, как человек, который при этом еще и служил, был сначала военным моряком, потом военным лекарем, чиновником по особым поручениям, управляющим удельной конторой, посвящал себя русскому языку. Он обладал огромной трудоспособностью, и у него сложился очень системный подход к исследованиям: Даль умел, как скульптор, отсечь все лишнее, чтобы сосредоточиться на главном.
Если бы не его труды (я имею в виду сборник пословиц), то далеко не факт, что состоялся бы и мой проект.
— Как вы думаете, насколько наш современный язык отличается от «живого великорусского» языка Владимира Даля?
— Безусловно, отличается. Мы живем в довольно непростое время с точки зрения и заимствований иностранных слов, и замещений. Но и в эпоху Владимира Ивановича их было немало. Сейчас это, в основном, англицизмы, а тогда были распространены заимствования немецких, французских слов и выражений. Хотя, конечно, с точки зрения внутренней наполненности, богатства культуры наше время не самое лучшее. И перед нами, наследниками культуры, потомками Владимира Ивановича стоит задача помочь его труду не просто сохраниться (он уже сохранен в библиотеках, в музеях, в электронных архивах), а именно дать новую точку входа в нашу жизнь, познакомить с ним современную аудиторию. В этом я и вижу свою скромную миссию. Помимо того, что мне просто нравится рисовать, находить образы для пословиц, проект «Словографика» является просветительским.
— Сегодня наше общество далеко не однородное. У каждого поколения свой набор слов, у каждой профессии тоже. Вы же знаете, как говорят айтишники: «фича», «апруф», «дебажить». Существует ли вообще сегодня общий русский язык?
— Да, но мы же все-таки понимаем друг друга. Значит, говорим примерно на одном языке. Другое дело, что, как вы правильно заметили, есть большое количество различных жаргонизмов, неологизмов, «узкопрофильных» выражений. Это значит, что язык живет, пополняется новыми выражениями, новыми словами. А уж какие из них переживут хотя бы один век и останутся в обиходе, покажет время.
Сегодня, например, появился жаргон или даже, скорее, «профильные выражения» наших воинов, которые могут обогатить нашу культуру. Например, «пот артиллериста сберегает кровь пехоты». Или вот такое полушутливое выражение: «саперы ходят медленно, но лучше их не обгонять». И если отбросить улыбку, в этих словах и глубокий смысл, и ирония, которая вообще свойственна русскому человеку.
— Как, на ваш взгляд, современные технологии влияют на нашу культуру и язык?
— По-разному. Все зависит от того, в чьих руках находятся технологии. Если, например, дать искусственный интеллект в руки патриотически настроенному, русско-ориентированному, созидающему человеку, то он поможет сделать благое дело.
Например, создать яркий ролик о знакомстве Даля с Пушкиным, о чем крайне мало известно, но можно интересно пофантазировать. Он порадует всех, кто любит нашу культуру, литературу. Если же технология попадет в руки к человеку с деструктивным мышлением, результат будет противоположным. Так что, если у нас есть возможность этим пользоваться, то необходимо по возможности идти в ногу со временем. Иначе мы рискуем проиграть очень важное соревнование. Если мы не предложим свое современное видение нашей культуры, то за нас это обязательно сделают другие. Свято место пусто не бывает.
— Но ИИ и нейросети предлагают нам тексты, состоящие из штампованных фраз. Это совсем не живой, а искусственный русский язык. И, кажется, мы тоже начинаем на таком языке говорить. Не так ли?
— Возможно. Думаю, чтобы «машинный язык» меньше влиял на человека, надо с детства читать русскую классическую литературу, изучать нашу историю. Гуманитарные науки воспитывают личность. Но специалист, сочетающий гуманитарные и технические знания, будет более конкурентоспособным на рынке труда.
— В одном из интервью вы говорили о том, что начали заниматься диджитал-рисованием. Что эта техника даёт художнику?
— Она позволяет за короткий промежуток времени создать рисунок или книжную иллюстрацию. Сегодня, если у художника случается какая-то ошибка, можно буквально в несколько нажатий клавиш ее исправить. А мастерам, писавшим красками, приходилось перерисовывать недельный, а то и месячный труд. Тут я тоже призываю идти в ногу со временем, осваивать новые технологии. Как я уже сказал, все зависит от того, в чьих руках они находятся.
— После пословиц вы увлеклись стикерами. Почему?
— Не то чтобы увлекся, это случилось просто по ходу дела. Я подумал, что с помощью стикеров можно сделать еще один продукт, создать дополнительную ситуацию встречи молодого человека с пословицей. Я сделал около тысячи стикербуков (альбом или книжка, где собраны наклейки. – Ред.) на продажу. Мы с издательством немножко заработали, при этом тысяча человек познакомилось с пословицами.
— У вас нет ощущения, что отказ от традиционной техники рисования может нанести ущерб восприятию живописи?
— Возможно. Но академическое художественное образование требует кропотливой учебы в течение семи-восьми, а то и десяти лет. У меня сейчас такой возможности нет, но есть большое желание иллюстрировать пословицы. Поэтому я продолжаю работать в технике диджитал. Она позволяет обойти некоторые «острые углы» и восполнить нехватку классического образования.
— Вы автор проекта «Словографика». Наверное, не всем понятна его суть. Объясните, пожалуйста, что это такое.
— Это смесь классического академического рисунка, геральдики и эстетики векторной графики. Как раз то, что есть в «диджитал-рисовании». Плюс еще и графика. Это преимущественно черно-белые рисунки, монохром. Иногда я акцентированно добавляю цвета, чтобы обратить внимание зрителя на тот или иной элемент иллюстрации. А слово, пословица – это составляющая рисунка. Графический образ помогает раскрыть значение пословицы.
— Вы употребили слово «векторная». Что это за графика?
— Это графика, которая позволяет создавать изображение и в дальнейшем масштабировать его без потери качества практически до любого размера. Потому что она состоит из линий (в отличие от растрового изображения из цветных точек). И поскольку я работаю в графике, то для меня это идеальный способ иллюстрировать свои замыслы, идеи и переносить их на бумагу.
— Планируете ли вы на фестивале «Лучезарный Ангел» представлять свои работы? Знакомить с ними наших зрителей?
— Выставки как таковой не будет, но, поскольку мои мастер-классы и лекции заключают в себе демонстрацию большого количества иллюстраций, то для зрителей и слушателей это станет своего рода «виртуальным» посещением выставки с моими работами. Я постараюсь не только максимально подробно и доступно познакомить участников мероприятия со своими работами, но и вообще глубже рассказать о нашем драгоценном фольклоре.
— Тогда у меня к вам следующий вопрос: лубочные распечатанные картинки к пословицам были известны еще с XVIII века. Это называют народным искусством. Но картинки возникают не в народе (как, например, народные песни), их создают художники для типографской печати. Так все-таки: это народное искусство или искусство для народа?
— Сейчас очень изменилось понятие «народ» по сравнению с XVIII или XIX веками. 95% населения Российской империи составляли крестьяне, которые и назывались народом. Была прослойка солдат-рекрутов. Дворянство – процента два – два с половиной, и лубочные картинки предназначались не для него, а именно для народа. Но сегодня такой четкой градации населения по сословиям нет, поэтому, я надеюсь, что мои работы будут интересны для всех.
Сейчас можно говорить о разном отношении людей к нашей национальной культуре. Привлекают ли человека наша история и наши великие выдающиеся личности? Или ему милее герои современного западного кинематографа? Вот в этом происходит разделение. Надеюсь, что мои работы помогут тем, кто интересуется нашей культурой и еще недостаточно знаком с ней.
— Ваши работы продаются?
— Конечно. Если вы зайдете ко мне на сайт, то в разделе «Магазин» можно найти оттиски, их заказывают и потом размещают в домах, в офисах, на дачах. Это элемент интерьера, но одновременно не только украшающий, но еще и наполняющий пространство смыслом.
— Кого вы хотели бы видеть в зале на вашем мероприятии?
— Мои зрители и слушатели – все, кому интересна наша драгоценная русская культура и наше меткое, образное русское слово.
Беседовал Александр Трушин

